Александр КОЗУЛИН: Большего лицемера, чем Лукашенко, в Беларуси, считаю, нет

Так сложилось, что в последние пару месяцев от политзаключенного, экс-ректора Белорусского государственного университета, экс-кандидата в президенты Республики Беларусь Александра Козулина не поступало на свободу никаких сообщений. Но вот недавно ему разрешили встретиться с дочерьми. Понятно, разговор был обо всем, в том числе и о политике.
Александр КОЗУЛИН, фото на NewsBY.orgВернувшись из тюрьмы, Ольга Козулина восстановила по памяти вопросы, которые она задавала отцу, и его ответы.

– Отставка Шеймана и Невыгласа – что это?

– Отставка Шеймана и Невыгласа имеет под за собой серьезную подоплеку. Избавление от Шеймана – это, я считаю, одно из условий, которое должен был выполнить Лукашенко для того, чтобы избавиться от грязного имиджа кровавых преступлений. Избавление от него – это сигнал Лукашенко определенным заинтересованным сторонам, что он готов к определенным действиям. Кстати, совершенно очевидно, что ни Шейман, ни Невыглас не были в курсе взрыва. И взрыв является лишь внешней причиной их отставки.

– Как можно прокомментировать интервью Лукашенко “Комсомолке”?

– В отличие от президента я не опускался до оскорблений и не собираюсь этого делать. Но большего лицемера, чем Лукашенко, в Беларуси, считаю, нет. И я готов это подтвердить документально, если понадобится судебное разбирательство.

Даже взять последние примеры.

Первое. Лукашенко говорит, что готов предоставить видео о том, что я повел разъяренную толпу на штурм тюрьмы. Так пусть он публично покажет пленку из моего уголовного дела по государственным каналам. Но предупреждаю, что записей там – на несколько часов.

Второе. Я не отрицал, что кушал с Лукашенко из одной тарелки. И пил не только пиво. Но на выборах 1994 года я голосовал не за Лукашенко, а за Кебича, так как считал, что “колхозник” не может управлять государством. Но затем, видя всенародную поддержку и познакомившись с ним лично, я решил, что я, возможно, ошибаюсь. Более того, в личном общении с ним, особенно на первых порах, я увидел человека, думающего о развитии Беларуси и о народе. В то время он слушал людей и прислушивался к советам профессионалов, учился у них, а его порыв и устремление действительно завораживали.

Но настоящее узнавание его произошло в 1999 году, после исчезновений Завадского, Красовского, Гончара, Захаренко, после внезапной смерти Карпенко, очень спортивного человека, – это все и многое другое перевернуло мое отношение к Лукашенко. А затем я стал более внимательным к фактам. Я могу сегодня совершенно точно сказать, что придет время, когда люди Беларуси будут в ужасе от правды, которая им откроется. А самое главное – от того, что они всему этому кошмару содействовали.

Всегда стоит дилемма, где ты можешь принести больше пользы: не себе, а людям.

Всегда стоит вопрос, когда наступает предел.

Быть рядом и есть из одной тарелки с человеком, когда знаешь его подноготную и мысли, когда знаешь, чем запятнаны его руки… В этом отношении пусть каждый делает выводы сам.

Третье. Что касается того, что оппозиция просит не выпускать меня из тюрьмы, интересно, кто именно просит. Пусть назовет имена. Заодно проверим, говорит ли Лукашенко правду. Обычно он вообще оппозицию в упор не видит, она для него – “отморозки”, а тут вдруг прислушался к ее мнению, взывает к ней.

Кстати, я очень рад за Лукашенко, что он наконец-то признал Богом данного ему сына Николая. Хотя на выборах 2006 года от него отказался, даже не вписав его в декларацию (здесь, кстати, опять возникает вопрос честности). Хорошо было бы, чтобы еще про маму-врача не забывал…

– Нет боязни, что в отношении тебя могут быть более жесткие репрессии со стороны власти?

– Я знаю, что меня с удовольствием отправили бы вслед за Карпенко, Захаренко и другими. Более того, у меня есть информация, что КГБ и сегодня рассматривает этот вариант. Но в отличие от власть имущих я не боюсь смерти и не боюсь правды. А для них – даже правда смертельна.

Я еще раз заявляю о том, что у меня нет никаких показаний к инфаркту, к инсульту, пищеварительным отравлениям. Все внутренние органы у меня абсолютно здоровы. Сейчас я собираюсь жить долго и упорно. Я, конечно, понимаю, что могут быть предприняты грязные провокации против моих дочерей. Но полагаю, что такая низость со стороны властей, как и моя внезапная смерть, приведет к очень тяжелым последствиям для властей. Здесь уже просто санкциями со стороны мирового сообщества вряд ли можно будет отделаться.

– Почему Лукашенко так упорно держит тебя в тюрьме, невзирая на аресты счетов “Белнефтехима”, международное осуждение?

– На этот вопрос может ответить каждый думающий человек. Лукашенко везде демонстрирует и кричит, что Козулин “нулевой”, что он не нужен никому: ни власти, ни оппозиции. Но что-то никого так долго в тюрьме не держит, и, видимо, не только отдельные представители в оппозиции боятся моего выхода, но больше всего боится этого сам Лукашенко.

Если ты так силен и так сильна твоя власть, так в чем проблема?

– Как думаешь, в ближайшее время Лукашенко выпустит тебя на свободу?

– Мои прогнозы неутешительны, как неутешительно и то, что я незаконно сижу в тюрьме уже почти два с половиной года. Я думаю, что выйду не раньше следующего года. А вообще, не надо забывать о том, что мой выход зависит не только от Лукашенко. Он зависит еще и от меня. Я ставлю вопрос так: на свободу должен выйти не только я, тюрьму должны оставить также Андрей Ким и Сергей Парсюкевич. Кроме того, я полагаю, что на нашем освобождении должен быть положен конец политическим репрессиям в Беларуси.

В отличие от Лукашенко, я ему не враг, а тот человек, который искренне желает ему добра, как и каждому человеку. Вопрос в том, готов ли он вместить это в свое сознание. Лукашенко создал очень много непреодолимых проблем. Но сейчас стоит на пороге самых кардинальных решений – и для себя, и для страны. Я ему желаю остановиться вовремя на краю пропасти, упав в которую, не подняться на протяжении многих жизней. Пусть подумает, что его карма тяжким грузом ляжет на его близких.

Находящийся в заключении лидер социал-демократов высказался и на другие актуальные темы.

Выборы

– Лукашенко говорит, что он сделает самые демократические выборы. Что это значит? Он действительно постарается часть наблюдателей допустить к подсчету голосов, позволит им лично посчитать бюллетени. Но я уверен, что в таком случае считать они будут уже бюллетени, подкинутые во время досрочного голосования, которое ЦИК попытается довести до максимально возможного предела.

Лукашенко со всей искренностью в глазах и речах сделает все, чтобы обмануть в очередной раз весь мир.

ЕС должен поставить жесткие условия по проведению выборов в Беларуси, а именно:

1. Прозрачные урны. ЕС должен передать Беларуси в дар прозрачные урны с требованием использовать их в кампании. И в Украине, и в Казахстане – это норма. В связи с тем, что на этих выборах досрочное голосование в некоторых местах будет достигать 70 процентов, то международные наблюдатели будут считать уже подложенные бюллетени досрочного голосования. Прозрачные урны позволят фотографировать их и контролировать их неприкосновенность.

2. В каждую избирательную комиссию должны быть допущены наблюдатели от Объединенных демократических сил.

3. Должен быть предоставлен абсолютный допуск к государственным СМИ.

4. Представители оппозиции должны быть допущены к фотографированию протоколов. На практике протоколы составляются в двух экземплярах, чистыми подписываются членами комиссии, а потом вносятся любые данные.

В парламент пройдут до 10 человек из тех, кто называет себя демократами. Это будут те, которых, как сказал Лукашенко, он протащит за уши. Это будут его люди.

Для Лукашенко эти выборы очень важны. Но, к сожалению, он опять обманет самого себя.

***

Рассказывая о встрече с отцом, Ольга Козулина подчеркнула: администрация исправительной колонии на этот раз увеличила продолжительность встречи политзаключенного с родными до трех часов вместо двух, как это было раньше. “За время более чем двухлетнего заключения стараюсь поддерживать корректные отношения со всеми, в том числе и с руководством колонии”, – прокомментировал А.В.Козулин недавнюю вторую годовщину вынесения судебного приговора.

Несмотря на ограниченные временные рамки, политик не остался в стороне от событий, которые волнуют всю страну. “Я глубоко сожалею по поводу произошедшего взрыва и сочувствую пострадавшим, а также их семьям. Несмотря на крушение очередного мифа о стабильности как о достижении действующей власти, надо найти ответ на вопрос, кому июльская трагедия была на руку и кто пожинает на чужом несчастье политические дивиденды, кидает за решетку активистов оппозиции, нагнетает обстановку перед выборами.

Взрыв был осуществлен профессионалами, имел характер, направленный на поражение ног. Рассчитан был на то, чтобы посеять панику, а не убить. Возможная гибель невинных людей была бы персональной дискредитацией так называемого “гаранта стабильности”. Много ли у нас в стране профессионалов, способных так грамотно изготовить взрывное устройство? Полагаю, их следует искать в силовых ведомствах, подчиненных Лукашенко, а не среди демократов, на которых прорежимная пресса пытается повесить всех собак.

Неотвеченным остается также вопрос, как Служба безопасности позволила господину Лукашенко приблизиться к месту взрыва? Тем более что по законам жанра первый взрыв может быть только отвлекающим. Это свидетельствует либо о вопиющем непрофессионализме сотрудников охраны, либо о том, что Лукашенко ЗНАЛ, что второго взрыва не будет. На человеке, называющем себя главой государства, лежит и моральная ответственность за то, что организаторы концерта немедленно не остановили его и не обеспечили эвакуацию.

А ведь первую бомбу нашли еще за несколько часов до взрыва, могла быть, не дай Бог, и третья, четвертая”, – сказал А.В.Козулин во время встречи с дочерьми.

“Народная воля”



Календарь

Июль 2008
Пн Вт Ср Чт Пт Сб Вс
« Июнь   Авг »
 123456
78910111213
14151617181920
21222324252627
28293031  

 

Реклама

Последние новости

Новости партнеров

Реклама

           



Рейтинг@Mail.ru Rambler's Top100