Около пяти часов понадобилось спасателям, чтобы потушить сильнейший пожар на нефтебазе

Воздушная тревога не повод для беспокойства горожан? 3 мая Брест пережил тяжелейшую аварию грандиозного регионального масштаба. Но ничего: умылся, причесался и с размахом отпраздновал День Победы. И слава Богу – для людей все обошлось без заметных ближайших последствий, чего не скажешь об окружающей среде. Чудовищные башни ядовитого дыма, подпиравшие небо весь субботний вечер, стояли слишком долго и плотно для того, чтобы природа могла проглотить «угощение» и не поперхнуться. Что ни рапортуй, а атмосфера была испорчена катастрофически. Не требуя никакой расшифровки, все естество аварии красноречиво объявило городу воздушную тревогу. И как же он на нее среагировал?

Около пяти часов понадобилось спасателям, чтобы потушить сильнейший пожар на нефтебазеВыше всех похвал оперативная работа пожарной службы. Когда все живое отпрянуло, мужчины в боевых доспехах нынешнего века, чем по сути стала форма МЧС, не дрогнули и устремились в эпицентр пекла. Сделали, что было в их силах, а может, и больше того. Низкий поклон и глубочайшее почтение. Об этом подвиге все местные газеты подробно писали в первых майских номерах.

Ну, а у слабонервных обывателей, стариков и женщин с детьми совершенно другая задача. Мирное штатское население должно по возможности выжить в условиях любой катастрофы, не получив отравлений, травм и напрасного морального ущерба.

Но такова уж его, обывателя, особенность, что сам по себе в массовом порядке он к грамотному поведению не склонен. А кто и хотел бы подстраховаться, то каковы его возможности? Нужна помощь. Есть ли у города похожий механизм помощи населению? И если таковой имеется, то почему не проявил себя столь же заметным со всех сторон образом, как угрожающие столбы дыма? Уж если не в такой катастрофе страховать горожан от возможных последствий, то когда же? Да, все Божией милостью как будто обошлось. Но ведь ситуация была непредсказуема почти до самой ночи! Загорелось две цистерны, а могли, не ровен час, полыхнуть все шесть. Что еще могло произойти, не будем даже конкретизировать. Но в какой момент не поздно было бы начинать оповещать население, что ему делать и куда бежать? И как быстро оно бы мобилизовалось?

Часов в 17 мне позвонили по телефону и сообщили про аварию и про то, что в направлении Южного городка с места катастрофы движется облако выбросов. Нет желания дышать ни выхлопным, ни угарным газом. Еду к своей приятельнице, живущей на «Востоке». Иду на остановку, а навстречу, почему-то очень низко, тянется по небу непроницаемо черная «гора» неместного происхождения. От подруги звоню по номеру «101» и справляюсь, что происходит и что делать. Информация ничтожна: на пожаре работают люди, а облако не радиоактивное, так что особых мер не нужно. По телевизору ликуют отголоски Первомая, радиоприемника в доме нет. Население, конечно, судачит, но на свой лад.

А дело к вечеру, и хватит испытывать гостеприимство хозяев. Но что там, куда пошел дым, какая обстановка? Можно ли спокойно ложиться спать или лучше искать другой ночлег? Снова набираю «101» и слышу, что пожар потушен. Еду в свой микрорайон и вижу, что, кажется, над «Вулькой» возносится вновь отросшая черная голова «горыныча». Из дому звоню по более эксклюзивным телефонам МЧС. Дежурные разговаривают подробнее: с пожара еще никто не возвращался, идет тушение. Все начальство там, по поводу населения команд не было.

По телевизору на интересующую тему так ничего и не услышала. Темнота сделала дым неразличимым. Все успокоилось в хлипкой неопределенности и расположило к забытью под традиционным девизом «авось пронесет». Но не представляю, что делала бы, если бы под столь зыбким покровом со мной ночевали малолетние дети!

А могло быть по-другому. Во-первых, максимально ясная информация по телефону «101»: куда идет чреватый неприятностями угар, в каких районах наиболее безопасно, а откуда лучше отъехать. И куда податься. Можно было организовать пристанище на всякий пожарный случай хотя бы в ДК профсоюзов. Или помочь потесниться и открыть засовы в «уже закрывшихся на ночь» гостиницах. Может быть, этой заботой мало кто воспользовался бы, но важна сама возможность выбора в столь тревожных обстоятельствах. А жителей прилегающих к нефтебазе домов однозначно лучше было бы отселить на ночь. Правда, хлопотно.

Отвечающие за оценку ситуации специалисты говорят, что в принятии таких профилактических мер не было необходимости. Стрессы и реальный риск если не для жизни, то для здоровья граждан – не аргументы? В ходе всей аварии, например, главный врач зонального центра гигиены и эпидемиологии Геннадий Радченко находился непосредственно вблизи нефтебазы, начальник инспекции природных ресурсов и охраны окружающей среды Петр Брыш – между Соей и Мухавцем. Там же, рядом с очагом возгорания и в районе Брестской крепости, брались неоднократные пробы воздуха для анализов его состояния. Но дым сначала поднимался вверх, а описывать дугу книзу начинал подальше. Почему состав атмосферы не контролировался в том не менее опасном направлении, куда, постепенно снижаясь, явственно валил дым?

Тут не все ясно. Экологическое ведомство утверждает, что облако шло на Польшу. А что досталось Гершонам, Южному городку и «Вульке», как-то не акцентируется. Там пробы воздуха не отбирались, и чем надышалось население, точно не известно. Не хотелось бы думать, что Польша как объект заботы представлялась важнее. И едва ли стоит спорить о том, куда все-таки дрейфовал чрезвычайный смог. Есть точные данные службы гидрометцентра: на 18 часов преобладали северное и северо-западное направления ветра. Значит, злополучное облако неминуемо несло на юг и юго-восток от места аварии, а не на запад. Потом ветер менялся то на южный, то на северо-восточный, но это уже после того, как огонь был в основном укрощен.

Большая часть населения отнеслась к воздушной тревоге весьма прохладно. Многим хотелось подойти поближе, поглазеть и сфотографироваться на фоне. Между тем из чрева пожара извергалась масса опасных при скоплении в больших количествах химических веществ: угарный газ, формальдегид, диоксид азота, диоксид серы, пары бензина и прочие компоненты. Но то ли нам действительно попался такой «добрый» дым, что отобранные пробы воздуха почти укладывались в нормы предельно допустимой концентрации, то ли мы просто заслонились от реального угарного вала «фиговыми листками» отдельно взятых показателей?

…Отбой воздушной тревоги. Всем жаль сгоревшего бензина. Но как эту газовую атаку пережили птицы с птенцами?


Бензиновый «факел» над Брестом.

Могучая гроза, разразившаяся над Брестом 3 мая, оставила о себе память не только подтопленными улицами, вставшими троллейбусами и огромными пробками на дорогах. Молнии, огненными стрелами пронзавшие небо, не зря заставляли содрогаться. Одна из таких спутниц «тропического» ливня и громовых раскатов в 16 часов 11 минут (это время зафиксировала камера видеонаблюдения) угодила в один из шести резервуаров с топливом нефтебазы РУП «Белоруснефть-Брестоблнефтепродукт», расположенного по адресу: улица Героев Обороны Брестской Крепости, 13. После чего на территории предприятия прозвучал взрыв, и над городом поднялся столб черного дыма. Его было видно из всех уголков города над Бугом. И… телефоны редакции начали раскаляться от ежеминутных звонков горожан, а в УМЧС было еще «горячее».Как уже установлено, мощнейший электрический разряд разорвал 6-миллиметровую стальную стенку резервуара № 6. Силой ударной волны крышу последнего попросту сорвало на бок. В огромной емкости, рассчитанной на тысячу кубометров нефтепродуктов, находилось 374 тысячи литров бензина А-92, который тут же воспламенился. Первой в неравный бой со стихией пламени вступила добровольная пожарная команда предприятия, а по тревожному номеру службы спасения стали поступать обеспокоенные сообщения работников нефтебазы и горожан о пожаре.

Как рассказал начальник Брестского областного УМЧС Константин Шершунович, в Центр оперативного управления сообщение о пожаре по­ступило с предприятия сразу же: сработала современная система пожарной автоматики. Поэтому к месту ЧП были направлены 12 пожарных расчетов ото всех пожарных аварийно-спасательных частей города.

Между тем огонь вывел из строя запорную арматуру на поврежденном резервуаре № 6, и бензин начал литься наружу, где тут же загорался. Этот бензиновый «ручеек» останавливала, не давая растекаться дальше, бетонная стена обвалования, окружавшая шесть резервуаров. Однако оставалась серьезная угроза распространения огня на соседние резервуары. В каждом из них было горючее, преимущественно дизельное топливо… Как отметят потом специалисты, горение нефтепродукта происходило на площади 120 квадратных метров в резервуаре и на площади около 250 квадратов - в обваловании. На практике же это означало привлечение в общей сложности 61 единицы техники и 219 человек подразделений МЧС, кроме того, на помощь им были направлены 3 пожарных поезда Брестского и Барановичского отделений Белорусской железной дороги.

Сотрудники милиции оцепили место пожара. Жителей двух ближайших к нефтебазе трехэтажных домов попросили временно покинуть свои квартиры. По словам Константина Шершуновича, сделано это было на случай непредвиденных осложнений ситуации. Вскоре все жильцы вернулись в свои квартиры.

Тем временем спасатели стремились локализовать пожар внутри обвалования. Охлаждая всю группу резервуаров, их поливали водой из мощных лафетных и других стволов. Десять генераторов, поднятые ввысь специальной пожарной техникой, сверху забрасывали горящий резервуар тоннами пены. Для полного прекращения горения в те невероятно долгие часы понадобились две пенные атаки. Качая воду и пену, натужно и оглушающе ревела выстроенная по рядам на площадке возле резервуаров пожарная техника. Капоты машин, чтобы не раскалились докрасна моторы, были открыты, а асфальт устлан сотнями метров пожарных рукавов…

В 18 часов 25 минут пожар удалось локализовать, в 19.45 – потушить. Однако полчаса спустя случилось непредвиденное: внезапно разрушилась сливо-наливная арматура на соседнем резервуаре. В обвалование полилось дизтопливо, и смесь горюче-смазочных материалов снова вспыхнула. А над городом с новой силой начал подниматься огромный черный столб. Как будут констатировать горожане, самый сильный из всех предыдущих.

Для окончательной победы над огнем потребовалось еще около часа. И значительно большее время – для создания и поддержания надежной защиты из пенной подушки, «душившей» все еще пытавшееся выбраться наружу пламя. По словам Константина Шершуновича, проведшего на объекте всю ночь, процесс ликвидации пожара шел до утра, поскольку возникали отдельные вспышки в обваловании.

Ночью же началась откачка топлива из резервуаров. Обвалование укрепили насыпью, течь из трещины деформированного шестого резервуара устранили, наложив бандаж и усилив его мешками с песком. На протяжении нескольких дней и ночей на нефтебазе продолжают дежурить экипажи спасателей, но, к счастью, повторной тревоги нет.

К расследованию причин пожара и уточнению нанесенного предприятию ущерба приступила межведомственная комиссия, в которой – представители МЧС, комиссий по чрезвычайным ситуациям при городском и областном исполнительных комитетах, специалисты Госпроматомнадзора, должностные лица концерна «Белнефтехим», работники прокуратуры и УВД.

Пожар, как установлено, уничтожил резервуар № 6, повредил сливо-наливную арматуру резервуара № 1 и крышу резервуара № 5. Сгорело, по предварительным данным, около 180 тысяч литров топлива. Жертв и раненых нет. Лишь два сотрудника подразделений УМЧС были доставлены в больницу с незначительными микротравмами. Одному из них пена попала в глаза, медики их промыли, а второй – вдохнул небольшое количество угарного газа, но врачи не квалифицировали этот случай как отравление. Оба практически сразу же были выписаны из медучреждения.

Уже 4 мая автоцистерны начали развозить откачанное из резервуаров дизельное топливо на автозаправки города и области, а также по сельхоз­предприятиям. А к вечеру 6 мая нефтепродукты были полностью откачаны из 5 резервуаров, поставленных на вентиляцию. На 7 мая было запланировано откачать так называемые «мертвые остатки» из резервуара под номе­ром 6. После чего внутри обвалования начнут менять грунт.

Ливневая канализация нефтебазы была отключена от городского коллектора, чтобы в него не попали нефте­продукты. Все стоки с объекта шли на очистные сооружения предприятия. Эту информацию подтвердил заместитель директора РУП «Белоруснефть-Брест­облнефтепродукт» Василий Козодой. По его словам, 7 мая на загрязненной территории специалистами одной из столичных фирм проводилось обеззараживание грунта. На эту операцию уйдет не один день. Полностью отключены поврежденные резервуары, чтобы можно было эксплуатировать оставшиеся емкости различной вместимости (их не один десяток). Все шесть поврежденных резервуаров отключены, сейчас их диагностируют.

Что касается клиентов автозаправочных станций, то, как заверил Василий Козодой, они работают в привычном режиме, и перебоев с топливом в городе не наблюдается. Небольшая проблема появилась лишь у сельхозпредприятий и крупных автоперевозчиков (таких как автопарк и дорожные службы), которые получали топливо мелким оптом. Сейчас они обслуживаются в Кобрине. И пока неясно, как долго это продлится.

О точной сумме ущерба в результате стихийного бедствия на предприятии пока не говорят. Слишком много нужно учесть данных: прямые потери, ущерб экологии, замена оборудования и десятки других моментов. По самым приблизительным подсчетам, сумма ущерба может достигнуть (или превысить) одного миллиарда рублей.

Уточняется сейчас и количество сгоревшего топлива. Это важно не только для предприятия, но и для того, чтобы более точно оценить ущерб, нанесенный экологии. Председатель областного комитета природных ресурсов и охраны окружающей среды Тамара Ялковская заверила меня: окончательную сумму можно будет назвать только в конце этой недели. Ведь для экологов самое важное - оценить уровень загрязнения атмосферы и почвы. При этом первое будет зависеть от количества сгоревшего топлива. Пробы же почвы, взятые на следующий день после ЧП и 7 мая, еще только проходят лабораторные исследования. Контролировали и воду в реке Мухавец. В обводном канале был зафиксирован небольшой мор рыбы. А информацию наших читателей об аналогичной ситуации на Мухавце Тамара Ялковская обещала проверить и уточнить.

Не смогла она пока подтвердить или опровергнуть факт гибели рыбы в обводном канале. По ее словам, это могло произойти еще из-за грязной воды в ливневой канализации после сильного дождя. Однако экологи не исключают, что могло произойти частичное попадание в реку и продуктов тушения или топлива. Пока оснований для такого утверждения нет.

В соответствии с международными договоренностями, наши экологи проинформировали о случившемся своих коллег из инспекции Бяла-Подляски (Польша).

Начальник ГУ «Брестоблгидромет» Надежда Дубовик рассказала, что на месте ЧП были взяты многочисленные пробы на диоксид азота, 2 пробы на бензол и 11 - на оксид углерода. Превышения предельно допустимых норм по формальдегиду и бензолу не было зафиксировано. Из 11 отобранных проб лишь в 3-х ПДК были несущественно превышены.

Свои исследования проводили и сотрудники центра гигиены, эпидемиологии и общественного здоровья. По словам главного санитарного врача области Олега Арнаутова, они отслеживали движение облака дыма над территорией жилой застройки. И превышения ПДК вредных веществ для атмосферного воздуха в микрорайонах города, прилегающих к месту аварии, не было.

Действия всех служб, принимавших участие в ликвидации пожара на нефтебазе, начальник областного УМЧС Константин Шершунович оценил как слаженные и правильные. Но вот о чем в этой ситуации подумалось. Более 20 лет мы говорим о выносе такого опасного объекта, как нефтебаза, за городскую черту. Но, увы! Все эти речи утопают в тиши коридоров власти. Конечно, можно уповать на руководство предприятия, концерна «Белнефтехим» и других республиканских ведомств и служб, которые должны были сказать свое слово в этом деле. Но из-за отсутствия средств, и, замечу, немалых, ничего в этом вопросе не решилось за два десятилетия. База выдерживает все ГОСТы и нормы безопасности, но, как показало произошедшее ЧП, и это не смогло уберечь от стихии.

Набедокурив, природа нас все-таки пощадила. Но последствия ведь могли быть совершенно иными. Этот пожар – не повод ли заговорить о старой проблеме на более высоком, а не местном уровне?

Впрочем, мой вопрос парировали на нефтебазе. А почему только предприятие должно думать о переносе опасного объекта за черту города? Ведь изначально, в 1940 году, когда на этом месте появился новый объект, здесь была окраина. Почему же тогда архитекторы разрешили вести здесь строительство жилых домов? Предприятию потребуется теперь более 3 лет, чтобы реализовать этот проект, и лишь в том случае, если забыть обо всех других работах по развитию объектов РУП. Насколько это реально? К обсуждению данной темы мы еще вернемся. Другое дело, успеем ли до очередного ЧП. Как показало 3 мая, природа непредсказуема и даже самые надежные молниеотводы и современные технические средства не гарантируют стопроцентной безопасности.

Тамара Тиборовская, Тамара Глущенко “Вечерний Брест”

Полезные ссылки:

Деловой Брест. Каталог предприятий, учреждений и организаций



Календарь

Май 2008
Пн Вт Ср Чт Пт Сб Вс
« Май   Июнь »
 1234
567891011
12131415161718
19202122232425
262728293031  

 

Реклама

Последние новости

Новости партнеров

Реклама

           



Рейтинг@Mail.ru Rambler's Top100