Они входили первыми в незнакомый Авган

Группа офицеров 103-й воз душно-десантной дивизии и ее командир, гвардии генерал-майор Иван Рябченко, побывали в Афганистане еще в октябре 1979 года. Все были в гражданских костюмах, в том числе и заместитель командира 357-го гвардейского орденов Суворова и Кутузова парашютно-десантного полка гвардии майор Виталий Забабурин. В течение нескольких дней проводили рекогносцировку в городах Баграм и Кабул, то есть изучали местность, на которой могли начаться боевые действия, объекты, на ней расположенные и подлежащие захвату, вооружение и численность потенциального противника, пути подхода и отхода войск, предполагаемые участки минирования и так далее. Там, где было возможно, вели фотосъемку. Именно с такой разведки начинался важнейший этап последовавших затем событий — военная операция по обеспечению ввода частей Советской Армии в Афганистан.
(слева направо) — командир 357-го полка гвардии подполковник К.Литовчик, заместитель командира полка гвардии майор В.Забабурин, заместитель командира полка по вооружению гвардии подполковник В.Скрыль, 9 мая 1980 года, после вручения боевых орденов; О проведенной рекогносцировке знали немногие. Неизвестно было, поступит ли вообще приказ о переброске войск. Вернувшись в Витебск, офицеры в штабе дивизии по улице Суворова анализировали собранные сведения, отрабатывали боевые задачи. На всякий случай. Чтобы быть готовыми, если

Родина призовет.

Родина призвала послужить ей на совесть 10 декабря 1979 года. Накануне военнослужащие занимались повседневной плановой работой. В дивизию прибыло командование воздушно-десантных войск, командиры соединений и частей
ВДВ для проведения инструкторско-методиче­ских занятий по боевой подготовке. Однако эти занятия не состоя­лись: в указанный день в 10 часов вечера из Министерства обороны поступил приказ, согласно которому все части были подняты по тревоге. Полностью снаряженные (боеприпасы, вооружение, парашютно-реактивные системы) подразделения дивизии ушли в свои районы ожидания. О том, что уходили выполнять задания, сопряженные с риском для жизни, быть может, вовсе от-правлялись на войну, знал только командный состав.

Каждый парашютно-десантный полк имел несколько районов сосредоточения. Группировка, которую возглавлял Виталий Забабурин, 12 декабря прибыла на российский военный аэродром Сеща. Приступили к плановым занятиям, несмотря на лютый в те дни мороз. Вначале ночевали в палатках, затем летчики потеснились, выделили десантникам клуб, столовую, учебные классы, где можно было привести себя в порядок.

И вот 24 декабря поступила команда начать погрузку в самолеты. Она прошла быстро и четко, причем группировка сумела отличиться благодаря смекалке ее командира. Грузовой люк самолета Ан-12 маловат для того, чтобы через рамку беспрепятственно прошел «Урал-375», груженый боеприпасами. Виталий Алексеевич приказал спустить колеса машины до минимально возможного уровня, в результате чего «Урал» стал на 20 сантиметров ниже (позднее комдив, уже на афганской земле, расцелует Забабурина за такое рацпредложение и объявит ему благодарность). А в других частях, когда в подобных случаях «сходились» Ан-12 и «Урал», приходилось вначале разгружать автомобиль, загонять его в самолет, затем снова загружать.

Заметим, что для переброски в Афганистан витебской дивизии привлекался практически весь Военно-Воздушный Флот Советского Союза.

В своих частях по месту дислокации витебские десантники прошли основательную подготовку, которая включала различные этапы — например, ведение уличного боя в таком вос­точном городе с узкими запутанными улочками, как Кабул. Переброска дивизии прошла образцово, в чем немалая заслуга авиаторов, которые показали великолепные навыки, сажая свои огромные машины в ночных условиях на незнакомый аэродром.

Особенности аэродрома в Баграме, расположенном в 60 километрах от Кабула, были таковы, что каждый приземлившийся самолет мог находиться под разгрузкой не более трех минут, после чего должен был взлететь, хотя бы даже и с грузом, чтобы уступить место следующему самолету. Только три минуты отводилось десантникам на то, чтобы освободить чрево гиганта. Если по какой-то причине не заведется «Урал» (БМД, БТР, бензовоз, санитарная или грузовая машина), его предстояло вручную сталкивать с рампы самолета. И таким образом авиация с десантниками работали в течение трех суток.

Группировка майора Забабурина прибыла в Баграм ночью 25 декабря. В каждом самолете за считанные минуты до приземления технику освобождали от крепления, заводили двигатели… Ни один груз не поднялся обратно в воздух.
Но в ту же ночь погибли первые ребята — летный экипаж и десантники, всего 44 человека. Ил-76 разбился на глазах у Виталия Алексеевича. Была мощная вспышка. Взрыв потряс горы. Возможно, кто-то из врагов сумел выйти на нашу частоту и указал пилоту неверную отметку полета.

Вооруженная охрана аэродрома, верная Амину, пока бездействовала, наблюдая за прибывшими десантниками. Из Кабула должна была поступить команда, чтобы афганская армия пропустила к столице наши войска. Но этот приказ Амина так и не прозвучал. Афганцы навели на дивизионные склады боеприпасов, разместившиеся на аэродроме под открытым небом, стволы своих 100-миллиметровых зенитных пушек. На вышках приготовились к бою пулеметчики. В тот момент трудно было определить ближайшие планы этих людей.

Около 18 часов 27 декабря майор Забабурин, возглавив сводный отряд, двинулся с гвардейцами в сторону зенитного дивизиона противника. Где ползком, где перебежками подобрались к врагу на минимально возможное расстояние. В 18 часов по команде бросились в атаку. Для Виталия Алексеевича и его товарищей начался первый бой на афганской земле.

Десантники захватили казармы и землянки противника, привели в негодность его зенитные пушки. При этом стремились обезоружить афганцев и взять их в плен. Потери с нашей стороны — несколько раненых. Пулеметные вышки были уничтожены разведчиками дивизии.

В это время основные силы двинулись в Кабул. Подразделения витебской дивизии взяли под контроль здания ЦК Народно-демократиче­ской партии Афганистана, Министерства обороны, МВД, Госбезопасности, Министерства связи, а также банки, почту, электростанцию, школы, больницы; спецназ штурмом овладел резиденцией Амина.

После выполнения задания в Баграме Виталий Забабурин прибыл в Кабул, где командование ВДВ поставило перед ним новую задачу: оказать помощь командиру 350-го полка подполковнику Г.Шпаку (будущий командующий воздушно-десантными войсками), который вместе с другими гвардейцами оказался блокированным на втором этаже Генерального штаба Министерства обороны. У Виталия Алексеевича хорошая зрительная память, и было решено, что ночью в малознакомом Кабуле лучше других сориентируется именно он.

Забабурин возглавил 3-й батальон 350-го полка (кстати, этим батальоном он командовал раньше) и поспешил выручать товарищей.

Приблизились к зданию, попытались проникнуть в помещения первого этажа, но через зарешеченные окна невозможно было бросать гранаты. Тогда майор Забабурин и замполит батальона капитан Баштанов сами забросали входную дверь гранатами, ворвались на первый этаж и здесь тоже пустили в ход гранаты. За офицерами следовали остальные бойцы. Взламывали двери, вели огонь из автоматов. Это был тот самый бой в здании, тактику которого десантники неоднократно отрабатывали на плановых занятиях. Но реальность, конечно, отличается от учений. Во время этого боя был тяжело ранен командир 7-й роты, которому пуля прошила голову от лба до макушки. Чудом выжил офицер.

В этой схватке были убитые с обеих сторон, однако внезапность и более активные действия десантников позволили свести наши потери к минимуму.

Когда на место событий прибыл комдив Рябченко, поставленная перед Забабуриным задача была выполнена.

Дальнейшие события свидетельствовали о разгорании гражданской войны в Афганистане. В большинстве провинций страны отряды моджахедов осуществляли диверсии и террор. В советской прессе царило молчание. Не знали родные и близкие, что их сыновья, мужья, братья участвуют в настоящих боях — со всеми вытекающими отсюда последствиями. Конечно, Виталий Алексеевич писал письма жене и детям, но в этих посланиях не было ни слова о жестокой реальности войны. Боевых операций на его счету множество: охраняли участки границ, совместно с мотострелковыми и танковыми подразделениями проводили рейды по уничтожению бандформирований.

После успешного выполнения операции по обеспечению ввода войск Виталий Алексеевич был назначен комендантом южной зоны Кабула. 357-й полк с боем захватил 5 января крепость Балла-Гисар, там же и обосновался. Вокруг крепости установили заграждение, отрыли траншеи. Круглосуточно дежурили часовые. Стычки с моджахедами начались в начале января, а с 19 февраля, когда в городе произошло восстание, стали перерастать в затяжные бои.

21 февраля при подъезде к крепости была расстреляна машина комсорга дивизии — старший лейтенант Александр Вовк погиб. В ответ десантники решили очистить от вооруженных формирований улицу Майванд, с которой духи постоянно обстреливали крепость. На дело под началом Виталия Забабурина отправились наиболее опытные и подготовленные офицеры и прапорщики: солдат пожалели ввиду сложности предстоящей операции. За­хватили большое количество бое­припасов и в течение полудня вели очень серьезный бой. Приближаясь к каждому дому, бросали гранаты, врывались в помещение и били из автоматов. Вокруг — грохот, пыль столбом. Офицеры в башнях БТРов поддерживали огнем из крупнокалиберных пулеметов. К вечеру полностью очистили Майванд от душманов, при этом сами не потеряли ни одного человека.

Вот так воевал гвардии майор Виталий Забабурин в течение двух лет, то есть всего срока, положенного для службы в Афганистане. Вначале был заместителем командира, а затем командиром 357-го полка.

Они первыми вошли в Афган и приобрели бесценный опыт ведения боевых действий в стране с совершенно другим укладом жизни и психологией людей. Этот опыт учитывался в дальнейшем. Что им воздали за все тяготы и постоянный смертельный риск? Боевых наград в полку оказалось гораздо меньше, чем тех дел и тех лишений, за которые, если по совести, эти награды полагались. Офицеры не получили жалование за четыре месяца, добивались его в течение двух лет, пока им не сказали: «Прекратите подобные разговоры! Вы же коммунисты…» Осталась горечь у Виталия Алексеевича и его однополчан еще и потому, что были несправедливо забыты комдив Иван Рябченко и начальник штаба дивизии Николай Петряков; и потому еще, что страна обязана была проявить больше внимания и уважения вернувшимся с афганской войны.

После Афганистана Виталий Забабурин окончил Военную академию имени Фрунзе, был начальником штаба 98-й Болградской дивизии, командиром 21-й отдельной десантно-штурмовой бригады. Когда на Кавказе заполыхали горячие точки, держава снова стала нуждаться в преданности своего воина-афганца. За плечами Виталия Алексеевича — Нагорный Карабах, Тбилиси, Ереван. При за­хвате ереванского аэропорта Зварнотц был тяжело ранен, в результате чего перенес две операции. Сразу же после землетрясения в Ленинакане со своими солдатами разбирал завалы, оказывал помощь пострадавшим, защищал город от мародеров…

на площади Победы 9 мая 2006 года (второй слева — В.Забабурин). Витебские десантники 103-й ВДВ честно служили народу и стране. Они отстаивали государственные интересы там, где государство посчитало нужным их отстаивать. Воины-интернационалисты заслужили уважение всего общества — за мужество, за то, что прошли испытания настоящей войной в далекой азиатской стране. Виталий СЕНЬКОВ, “Витьбичи”.

На снимках: вверху (слева направо) — командир 357-го полка гвардии подполковник К.Литовчик, заместитель командира полка гвардии майор В.Забабурин, заместитель командира полка по вооружению гвардии подполковник В.Скрыль, 9 мая 1980 года, после вручения боевых орденов; внизу — на площади Победы 9 мая 2006 года (второй слева — В.Забабурин).

Полезные ссылки:

Деловой Витебск. Каталог предприятий, учреждений и организаций



Календарь

Апрель 2008
Пн Вт Ср Чт Пт Сб Вс
« Март   Май »
 123456
78910111213
14151617181920
21222324252627
282930  

 

Реклама

Последние новости

Новости партнеров

Реклама

           



Рейтинг@Mail.ru Rambler's Top100